Перри Кауфман - Колоссальный опыт торговли акциями и фьючерсами с помощью диверсифицированных стратегий
Саймон: Добро пожаловать на The Algorithmic Advantage! Сегодня вас ждет интересный выпуск – мы удостоились чести побеседовать с самим Перри Кауфманом!
Ричард: Просто фантастика!.. Гость такого уровня на нашем подкасте… Выпуск получился превосходным! Мы очень благодарны Перри за участие.
Саймон: Да, это было здорово. Для начала хочу отметить – какой же Перри хороший парень!.. Это действительно большая честь. Столько опыта – как практического, так и теоретического!.. Набор моделей, который Перри использует в торговле, не менялся на протяжении последних 15 лет. Это говорит о многом! Определенно, у такого человека есть чему поучиться. Самая известная книга Перри – «Системы и методы биржевой торговли». Недавно вышло ее новое издание – кажется, шестое?..
Ричард: Да, уже шестое! Это – превосходный источник информации. Я считаю, что каждый трейдер и инвестор должен иметь эту книгу у себя на полке. В ней собрано все, что нужно знать о системах и портфелях! А еще в книге есть надежный теоретический фундамент, объясняющий шум, сигналы, различия между зрелыми и развивающимися рынками… Превосходный источник информации!..
Саймон: В этой книге Перри вкратце описывает коэффициент эффективности Кауфмана – созданный им индикатор, которым он поделился с индустрией. На мой взгляд, торговый подход Перри уникален сочетанием фьючерсов и акций. Перри комбинирует эти два мира, учится в одном – применяет в другом, и наоборот. Это очень интересно! Многие фьючерсные трейдеры не имеют ни малейшего представления об уникальных особенностях фондовой торговли, и наоборот. Но у Перри немало опыта работы и с тем, и с другим рынком, так что он может поделиться весьма интересными инсайтами.
Ричард: Определенно! Представьте, что у вас в 20 лет была бы возможность прислушаться к советам Перри… И не просто прислушаться, а протестировать их, убедиться в их пользе – и следовать им! Только представьте, что вы начали свой путь, обладая теми знаниями, которые Перри скопил за свою жизнь… Ваша карьера сложилась бы совершенно иным образом. Вы смогли бы избежать всех тех испытаний и невзгод, с которыми сталкиваются 95% трейдеров! Мы в свое время часто сворачивали не туда, часто думали, что нам виднее… Мы не полагались на мудрость и опыт гигантов индустрии. Но встать на их плечи – это простой способ ускорить свое развитие! Как минимум, это позволит вам усвоить правильные торговые принципы на начальных этапах своего пути. Человек вроде Перри отлично для этого подходит. Чтобы добиться своего текущего положения, Перри потребовалась целая жизнь! К сожалению, таков трейдинг... Хотите добиться всего самостоятельно? Приготовьтесь к тому, что у вас уйдет на это целая жизнь. Приятного в этом мало! В ваших интересах, чтобы сложный процент начал работать на вас как можно скорее, в идеале – когда вам еще нет тридцати! А ускорить этот процесс можно только одним способом: слушайте экспертов – и вставайте на плечи гигантов.
Саймон: А еще – не рассчитывайте, что у вас все сложится гораздо лучше, чем у других, как я в свое время!
Ричард: Да, и я!
Саймон: Не тратьте время зря. Примите те принципы, которые описывают эти гиганты, не пытаясь спорить с ними или как-то менять их… Учитесь на своих ошибках – и используйте все это как базу для последующего роста! И тогда вы запустите процесс увеличения депозита с помощью сложного процента… А не процесс увеличения просадки и сливов торговых счетов! Один из интересных подходов Перри – ранжирование торгуемых активов по доходности… Но не самих активов, а системы! Он использует доходность системы в качестве индикатора.
Ричард: Это такой важный концепт, Саймон!.. Наши возможности по генерированию прибыли зависят от двух вещей. От рыночных условий… И – самое важное! – от системы, которая извлекает из рынка прибыль. Следовательно, анализировать рынки нужно через призму результатов ваших систем. Думать только о том, что делает рынок, недостаточно. Нужно учитывать результаты вашей системы на этом рынке… И это гораздо важнее. Эта информация важна для расчета корреляций и многого другого – мы постоянно об этом рассказываем! На мой взгляд, торговые результаты – это ключевой параметр для анализа потенциала долгосрочной прибыли на любом рынке.
Саймон: Да… Этот выпуск содержит в себе массу полезной информации! Мы немного обсудили процесс адаптации портфеля к волатильности. А еще Перри рассказал нам о своем подходе к ранжированию и отбору акций и фьючерсов по доходности системы. Он поделился очень интересной точкой зрения, полезной при торговле на небольших счетах.
Ричард: Действительно. Прежде чем мы начнем, я хотел бы сделать небольшое уточнение. Акции отличаются от фьючерсов и ETF. Акций множество – буквально тысячи!.. И акции обычно торгуются без кредитного плеча. Если вам повезет, вы получите от брокера лишь небольшое плечо. Это означает, что при торговле с ограниченным капиталом потребуется какой-либо метод ранжирования, чтобы выбрать из этого многообразия самые подходящие активы.
CFD и фьючерсы в этом плане отличаются – они торгуются с большим кредитным плечом. Это позволяет избежать сложностей, связанных с торговлей на небольшом депозите. Так что я хорошо понимаю, почему Перри использует такой подход! Но хочу сказать… В ходе подкаста Перри упомянул, что к максимальной диверсификации стремиться не стоит, потому что торговать большое количество акций – все равно что торговать S&P 500. Иначе говоря, если ваша диверсификация достаточно высока – если вы торгуете, скажем, 500 акций – то вы не сможете обогнать S&P 500 по доходности. Я с этим не согласен! Потому что у трендовых моделей не всегда есть открытая позиция. Если бы я торговал 500 акций по стратегии типа «покупай и держи», то есть все время имел бы открытую позицию, тогда да, моя доходность примерно совпала бы с доходностью S&P 500! Но я подхожу к трендам очень избирательно – когда тренда нет, моя система не торгует. А еще я торгую не только покупки, но и продажи. Это позволяет мне значительно обгонять доходность фондового рынка! Я не торгую шум, создаваемый 460-480 акциями из индекса, на которых в данный момент нет хороших возможностей, я торгую только лучшие акции. Просто хотел уточнить, что по этому вопросу мы с Перри расходимся во мнении.
Саймон: Хорошо, нет проблем! Давайте перейдем к интервью – наши слушатели уже заждались!
***
Саймон: …Перри, я не нажал кнопку записи!.. Вот теперь – нажал… Так что еще раз: добро пожаловать на подкаст!
Перри: Хорошо, спасибо, я очень рад! И вашему приглашению, и началу записи.
Ричард: Мы тоже очень рады, Перри!
Перри: Спасибо, Ричард!
Саймон: Мы как раз обсуждали книги, и я сказал, что у меня есть одна из ваших первых работ – «Smarter Trading»! Она не самая первая, но… Конкретно эта книга – 1995 года! Вышла незадолго до того, как я начал торговать. Я купил ее, когда работал на Сиднейской фьючерсной бирже. А Рич успел сказать, что работы Перри были для него источником вдохновения на протяжении всей его карьеры…
Ричард: Да! Особенно – «Системы и методы биржевой торговли»! Ремарка для наших слушателей: недавно в продаже появилось шестое издание этой книги. Каждое новое издание отличается от предыдущего – Перри добавляет результаты новых исследований и описывает, какие нюансы он интегрировал в свой процесс! Так что можно сказать, что он пишет эту книгу на протяжении уже нескольких десятилетий! Если кто-то не в курсе, «Системы и методы биржевой торговли» – по моему мнению, одна из настольных книг для трейдеров и инвесторов, особенно тех, которые торгуют системно. Чтобы написать ее, Перри пришлось заглянуть под каждый камень! Он описал в ней разнообразные техники и методы, их математическую основу, причины их эффективности… Это – впечатляющий источник информации.
В первых главах книги, перед описанием систем, методов и подходов для портфельного управления, Перри рассказывает о том, как рынки становились со временем все более и более эффективными. У Перри есть свой индикатор – коэффициент эффективности Кауфмана, который измеряет соотношение рыночного сигнала и рыночного шума. С его помощью он убедительно доказывает, что развивающиеся рынки более склонны к трендовым движениям, чем зрелые и развитые. Вероятно, это объясняется тем, что на развитых рынках торгует больше участников и моделей. Чем их больше, тем больше и шума!
Тренды на таких рынках все равно бывают, но торговать их можно только на средне- или долгосрочных таймфреймах. Многие известные трейдеры восьмидесятых и девяностых годов – Черепахи, Dunn Capital и так далее – смогли добиться больших успехов, торгуя кратко- и среднесрочные тренды. Но по мере того, как рынок становился все более зрелым и появлялось все больше участников (и новые типы участников, например, фирмы высокочастотной торговли), этим успешным трейдерам пришлось перейти на средне- и долгосрочную торговлю. Я передаю слово Перри – он хотел рассказать о том, что фондовые индексы, в том числе S&P, по своей природе склонны одновременно и к трендам, и к возврату к среднему…
Перри: Да, мы как раз обсуждали, что лучший период скользящих средних на S&P сейчас составляет примерно 100-110 дней. Хочу отметить, что долгосрочная торговля повышает риски. Если вы торгуете долгосрочно, вы, вероятно, не сможете просто выскочить из рынка, если он вдруг упадет на 10%. Поэтому хорошие стратегии сейчас должны иметь продуманные механики риск-менеджмента. В прошлом – в те времена, когда работали скользящие средние с периодом 10 – без этого можно было обойтись.
Скажу пару слов и о новых рынках… Они очень интересны! Объемы там низкие, так что крупные сделки торговать на них не получится. Но… Чтобы открыть новый рынок, требуется много коммерческих участников – трейдеров, которые принесут на рынок ликвидность. Такие участники обычно разделяют мнение о том, вверх пойдет рынок или вниз. Так что своими действиями они создают хорошие длительные тренды... Когда эти тренды замечают другие люди, в рынок приходит все больше участников, и они… Может прозвучать нелогично, но эти участники создают шум! Они входят и выходят в разное время, что заставляет рынок подскакивать вверх и вниз. Рост количества участников приводит к необходимости увеличения временного горизонта. Разумеется, это снижает доходность… И повышает риски! Из-за чего мы вынуждены тратить больше времени на попытки разобраться, как контролировать эти риски. В прошлом в этом практически не было нужды.
Ричард: Перри, позвольте задать вопрос! Я давно ломаю над этим голову. Предположим, что у нас есть какой-нибудь новый рынок, основные участники которого – трендовые трейдеры. Все они более или менее сходятся во взглядах на то, куда пойдет цена. Предположим, что они применяют похожие трендовые модели. Их сигналы не мешают друг другу, а взаимно друг друга усиливают…
Перри: Да, катают друг друга на закорках.
Ричард: …Когда цена сдвигается вверх, они запрыгивают в покупки – и этим усиливают рост, создавая сильный восходящий тренд практически без ценового шума. Я называю это «механизм петли положительной обратной связи». Он кардинально отличается от возврата к среднему, который я называю механизмом петли отрицательной обратной связи! Иначе говоря, когда цена совершает сильное движение прочь от равновесного состояния, а потом возвращается обратно и заходит за эту точку равновесия в противоположную сторону, это – деструктивный сигнал. Чем больше участников торгуют возврат к среднему, тем сильнее их деструктивное влияние на трендовый сигнал. Именно так я и смотрю на рынки: как на физическую лабораторию! Я представляю специальный бак с водой, который генерирует волны, и наблюдаю, как они взаимодействуют друг с другом… Но я регулярно слышу заявления типа «Тренды сейчас торгует так много людей, что их преимущество сходит на нет!» Лично я с этим не согласен – учитывая принципы, которые я только что описал... Что вы об этом думаете?
Перри: Мы как раз обсудили, что на шумных рынках нужно использовать скользящие средние с более крупным периодом. Но этим дело не ограничивается… Даже если вам удастся извлечь из рынка прибыль, она будет небольшой. Чем больше в рынке шума, тем больше вам потребуется времени, чтобы определить разворот тренда. Эта задержка снижает размер потенциальной прибыли. Так что мы получаем долгий период удержания – и мелкие прибыли. Что прискорбно! Поэтому люди выдумывают новые стратегии – чтобы извлекать выгоду из различных аспектов ценовых движений. Долгосрочные тренды могут послужить хорошей основой для стратегии, но нужно понимать, что они уже не приносят былых прибылей.
Ричард: Да, сейчас это – слабое преимущество. В прошлом оно было больше.
Перри: Так и есть. Конечно, всегда можно показать пальцем на какой-нибудь рынок и сказать – да вот же, смотрите, отличный тренд! Хороший пример из недавних – какао. Но таких рынков мало – относительно общего количества… Для торговли нам доступно примерно 65-70 фьючерсных рынков – если брать только рынки с хорошей ликвидностью. Крупное движение на какао – это здорово, но как оно скажется на вашей доходности в целом? Ведь вам приходится торговать и те рынки, на которых в данный момент ничего не происходит…
Позже можем обсудить эту тему поподробнее, но нужно решить один вопрос… Стоит ли стремиться к диверсификации? Или лучше ограничить число торгуемых рынков? Если вы выберете несколько рынков, дающих хорошие шансы на получение прибыли, вы сможете добиться гораздо более высокой доходности, чем при торговле 50 разных рынков. Конечно, торговля 50 рынков позволяет снизить риски путем повышения диверсификации, но вместе с рисками снижается и доходность. Это – компромисс, на который нам приходится идти. Либо торговать меньше рынков ради более крупных прибылей, но подвергаться при этом высоким рискам… Либо торговать более консервативный портфель с высокой диверсификацией и низкими рисками. Решать вам! Лично мне по душе первый вариант: меньше рынков – выше риски [смеются]. Считается, что с годами трейдеры снижают риски, но… Я давно занимаюсь этим. И я люблю риск.
Саймон: Перри, пока мы не закрыли тему изменений рынков со временем, хочу спросить… Количество участников растет, шума становится больше, трейдинг становится все сложнее. На ум приходят две вещи… Первая – в этом есть свои плюсы: снижение комиссий и проскальзываний. Кроме того, ритейл-трейдерам сейчас доступны просто феноменальные инструменты, они могут конкурировать с профессионалами практически на равных. Но есть и другая сторона медали: развитие технологий и ИИ заставляет задуматься, не участвуем ли мы в «гонке на дно». Видите ли вы угрозу в увеличении количества участников рынков, в развитии технологий и ИИ? Что, если рынки станут настолько эффективными, что возможность для получения альфы исчезнет?
Перри: О, рынки никогда не станут эффективными!
Саймон: Пока в торговле участвуют люди?..
Перри: Да. Возможности для заработка будут всегда. Крупные фонды торгуют долгосрочные тренды… Но, как мы с вами уже обсудили, по своей природе S&P склонен сразу и к тренду, и к возврату к среднему – на краткосрочных таймфреймах, что вполне можно использовать! А тренды на нем подходят для долгосрочной торговли, но в этом плане он немного хуже, чем рынки процентных ставок и форекс. На них трендовая торговля приносит больше прибыли. Возвращаясь к вашему вопросу… Не хочу углубляться в сложные темы, но ИИ – это прекрасная закрытая система. Если вы дадите ему набор правил и данных и скажете «это – все данные, новых не будет», вы получите закрытую систему, способную находить идеальные ответы на поставленные вопросы. Но фондовый рынок – это открытая система. Он продолжает обновлять исторические максимумы, его волатильность растет, он меняется. Я пока не видел ни одного ИИ, который был бы способен выйти за границы своей «коробки» и дать такой прогноз, которого еще никогда не было.
Ричард: Любопытно, что вы это сказали, Перри! Потому что я, вероятно, сказал бы то же самое, если бы мы обсуждали не ИИ, а людей. Если поместить человека в среду, в которой у него нет опыта, это приведет к таким же последствиям... Вероятно, мы в безопасности, пока не случилось прорыва в области открытых систем.
Перри: Да, понятия не имею, как ИИ будет развиваться дальше – уверен, после моей смерти появятся гораздо более продвинутые модели! Но на данный момент я не вижу в нем никакой угрозы нашей торговле.
Саймон: Это радует! Окей, Перри, вступление у нас получилось отличным! Давайте перейдем к обсуждению вашей стратегии, вашего подхода к формированию портфеля, вашей техники риск-менеджмента… И вообще всего опыта, накопленного вами за долгие годы успешного трейдинга. Знаю, ваши стратегии не меняются на протяжении 15 лет. При этом вы стабильно обгоняете S&P по доходности – каждый год без исключений! Это говорит о многом… Насколько мне известно, вы начали карьеру с опционов и фьючерсов, а потом стали применять свои методы на акциях, причем весьма успешно… Расскажите о своих моделях! И о том, как вам удается использовать их и на акциях, и на фьючерсах.
Перри: Ну, для начала… Я торговал фьючерсы с 1970 по… 2005 год. Так что опыт во фьючерсной торговле у меня приличный! Примерно в 2005 кое-кто попросил меня взглянуть на фондовый рынок. Конечно, главное отличие акций от фьючерсов – их слишком много! Торговать их все невозможно. Если у вас большой фонд, вы вполне можете торговать практически все фьючерсы – ну, или весьма приличное количество. Но торговать тысячи акций… У большинства инвесторов таких денег нет. Так что приходится заниматься отбором! Но позвольте мне вернуться назад…
Я всегда использовал трендовую модель. В восьмидесятых и девяностых период вычисления у нее был коротким, сейчас он стал гораздо больше. Как я уже упомянул, это приводит к более высоким рискам. Как их можно избежать? Я придумал интересный способ работы с портфелем, который подходит и для акций, и для фьючерсов. И я весьма им доволен – мне кажется, это одно из моих лучших изобретений. Я по-прежнему торгую долгосрочные тренды, но прогоняю все акции и фьючерсы через свою модель. В модели есть пять индикаторов тренда – позже можем поговорить о том, как я к ним пришел… Пять разных индикаторов тренда – и пара дополнительных подтверждений. Получается семь индикаторов, подсказывающих, что мне сейчас нужно делать: покупать или продавать.
На фьючерсах я применяю эту модель для поэтапных входов – знаю, Ричард тоже это практикует. Некоторые индикаторы краткосрочные, другие – более долгосрочные. Когда их общее значение становится положительным, я открываю первую часть позиции. Думаю, большинство фьючерсных трейдеров, использующих для входа несколько параметров, торгуют так же. На акциях я это не практикую: их так много, что я жду сигнал от всех индикаторов. Когда все семь индикаторов скажут мне покупать, тогда я войду позицией полного размера. Семь сигналов – признак очень сильного рынка. Я торгую так потому, что верю в устойчивость. Если на рынке все идет хорошо, то все будет хорошо и дальше – в течение какого-то времени. Так что под устойчивостью я подразумеваю то, что рынок, скорее всего, продолжит делать то, что делал.
Ричард: Влияние автокорреляции или серийной корреляции на временной ряд.
Перри: Да-да. Сначала сигнал дают краткосрочные индикаторы. Потом – долгосрочные. Все семь говорят покупать? Значит, на рынке действительно что-то происходит! Хорошие примеры – акции Nvidia и Apple. Мы можем сколько угодно говорить, что их цена зашла слишком далеко. Но она продолжает расти! Вот так я и делаю деньги – торгуя рынки, дела у которых идут по-настоящему хорошо. Другой пример – фьючерсы на какао! Если торговать небольшое количество сильных фьючерсных рынков, это может принести очень хорошие результаты. Вопрос в том, как выбрать эти рынки…
Ричард: Перри, прежде чем мы продолжим, хочу уточнить: на фьючерсах вы торгуете и покупки, и продажи, а на акциях – только покупки, верно?
Перри: Да, спасибо за вопрос. Я пробовал торговать продажи и на акциях, но… Паттерн коротких продаж там слишком волатилен. Цена быстро падает – и быстро восстанавливается… Если не брать во внимание 2008 год! Но исключения можно найти всегда. В целом продажи на акциях слишком краткосрочны – и очень волатильны. В 2008 вы могли бы заработать хорошие деньги, продав фьючерсы на S&P 500, но… Его последующий рост заставил бы вас вернуть эту прибыль рынку. Как назывались эти системы?.. Что-то связанное с альфой…
Саймон: «Кризис-альфа».
Перри: Точно, спасибо! Тогда все думали, что новая главная рыночная тема – это кризис-альфа [тип стратегий, извлекающих выгоду из паник и обвалов]. Но идея не оправдалась! Оказалось, что этот обвал – разовое событие. Ставить на падение S&P с 2008 года просто не было смысла – вы получили бы столько убытков, что не смогли бы компенсировать их прибылью по другим позициям. Это просто не работает! Движения недостаточно велики.
Возвращаясь к выбору акций и фьючерсов для торговли… С фьючерсами все немного сложнее! Позвольте начать с акций, там идея попроще. Как я уже сказал, у меня есть трендовая стратегия с семью индикаторами. Я беру эту стратегию и прогоняю по своему списку рынков-кандидатов – в нем примерно 500 акций. И записываю прибыль стратегии по каждому тикеру. Есть софт и платформы, которые поддерживают такой тип анализа, уверен, у вас получится его провести, если вдруг захотите. В результате мы получаем прибыльность стратегии по каждому инструменту…
Саймон: То есть мы проводим отбор, опираясь на доходность системы, а не на доходность самих акций.
Перри: Да, спасибо за уточнение. Нас интересует доходность именно стратегии. Я пробовал вместо этого просто покупать самые доходные акции, но это не работает. Вам нужна какая-то трендовая стратегия, что-то такое, что будет извлекать из рынка прибыль. Эту стратегию мы прогоняем по всем акциям-кандидатам. Плюс этого метода в том, что он хорошо подходит практически для всех торговых стратегий. Я сам использую его на фьючерсах – причем не только со своей трендовой системой, но и с двумя-тремя другими, нетрендовыми. И это прекрасно работает.
Ричард: Умный подход, Перри! Анализируя рынок, большинство людей думают только о цене, корреляциях и так далее. Но вы говорите – нет, прибыль системы важнее! То, как система взаимодействует с ценой этого рынка... Это определяет, насколько хорошо система извлекает из этой цены возможности, альфу, преимущество! Поэтому вы используете торговые результаты своей системы – ее прибыльность – в качестве ключевого фактора при ранжировании акций…
Перри: Да. Разные трейдеры советуют использовать разные параметры: коэффициент Шарпа, соотношение риска к прибыли, количество дней для восстановления после просадки… Но это все не работает. Работает только один параметр – абсолютная прибыль.
Ричард: Абсолютная прибыль… То есть вы не делаете никакой поправки на риски, но учитываете волатильность актива, верно?
Перри: Да, все акции из списка кандидатов я торгую с равными рисками. Я заранее определяю, сколько капитала отведу каждому тикеру – это значение может равняться, например, 10 000 долларов. На фьючерсах ситуация будет немного отличаться, но на акциях… Я определяю эту сумму – и делю ее на последнюю цену закрытия. Некоторые считают, что цены акций подвержены логнормальному распределению. Но это не так. На самом деле картина противоположная: чем ниже цена, тем выше волатильность. Так что определение размера позиции путем деления капитала на цену акции – неидеальное решение. Поэтому я отсеиваю все акции дешевле 10 долларов – потому что волатильность на них слишком высока! Я пробовал использовать паритет волатильности, но это очень сложно: каждый раз, когда вы покупаете новые акции, нужно проводить подстройку всего портфеля. Так что самый простой подход – отводить всем тикерам одинаковый капитал, определять размер позиций путем деления величины этого капитала на стоимость акций, и… Не торговать при этом акции дешевле 10 долларов. Если попробуете разметить диаграмму разброса, она получится вполне нормальной.
Ричард: Это интересно! Очень интересно…
Перри: Знаю, в университетах до сих пор учат, что цены акций подвержены логнормальному распределению. Но это ошибка! Знаете, откуда это пошло? С зерновых рынков! На зерновых этот концепт работает идеально! Цена растет – волатильность сужается по логнормальному распределению. А потом этот концепт по какой-то причине решили перенести с зерновых на акции. Но это просто не работает! По крайней мере, судя по моим наблюдениям…
Итак, мы говорили о ранжировании инструментов по доходности используемой стратегии. Важно выбрать для этого подходящий период… Неплохо работают значения диапазона от трех до шести месяцев. Период должен быть достаточно коротким! Если какой-то рынок долго не давал прибыли, но недавно на нем начался тренд, вы должны вовремя заметить его – и воспользоваться этим. И наоборот, если рынок вдруг перестает двигаться, нужно быстро из него выскочить.
Саймон: Перри, хочу прояснить один вопрос… Предположим, у нас есть 500 разных акций. Я провел по ним 500 бэктестов своей системы и отсортировал акции по абсолютной доходности. А потом… Нужно отсеять те, по которым нет открытых позиций?..
Перри: Верно. Вам нужны открытые позиции. Какой смысл составлять список из топ-10 акций – и не покупать их?.. Дела в этом случае будут у вас не очень! Если только рынки не падают. Но растущие акции можно найти всегда. В этом их привлекательность! В 2008, когда все падало, росли акции оборонной промышленности. Кажется, Raytheon тогда показали неплохой рост… Так что найти можно всегда.
А что касается фьючерсов… Уточню: на фьючерсах я торгую и покупки, и продажи везде, кроме индексов, потому что они имеют тенденцию к росту, и… Процентных ставок. Вы можете подумать, что это ошибка, поскольку на фьючерсах на процентные ставки только что случилось огромное нисходящее движение. Да, оно выглядит здорово! Но если вы отмотаете график назад, то увидите ту же картину, что и на S&P и кризис-альфе. В 2008 продажи S&P принесли бы вам отличный результат, но в последующие годы они работали бы просто ужасно. То же самое и с облигациями. Взгляните на период с 1980 по 2010 – рост по прямой!.. Повышение ФРС процентных ставок – как правило, процесс достаточно прямолинейный. А снижение… В прошлом оно обычно происходило на протяжении долгих периодов времени. Получается, у вас будут длительные периоды ожидания снижения ставок и очень короткие периоды, чтобы извлечь прибыль от роста ставок. В общем, я смотрю на это примерно так же, как на S&P. На фьючерсах на процентные ставки и индексы я торгую только покупки. На всех остальных фьючерсах – и покупки, и продажи.
Ричард: Перри, получается, что на товарных рынках, валютах и криптовалютах вы торгуете и покупки, и продажи? Но на акциях, индексах и процентных ставках – только покупки?
Перри: Верно. Этот подход никогда не вызывал у меня дискомфорта.
Саймон: А что, если вы получаете сигнал только от рынков одного сектора?
Перри: Хороший вопрос! На акциях корреляции я не учитываю – если вы хотите обогнать S&P, вам просто необходимо держать покупки по тем акциям, которые сейчас показывают наилучший результат. В данный момент это – полупроводники, несколько лет назад (из-за ковида) это были секторы здравоохранения и «оставайтесь дома». Вам нужно торговать такие рынки – и делать на них деньги, пока они двигаются... Смирившись с рисками.
Ричард: Точно подмечено! Ваша система ранжирования помогает вам торговать только самые доходные инструменты – а значит, корреляция между ними и так будет высокой. От нее никуда не деться.
Перри: Все не так плохо! Всегда есть какой-нибудь оригинальный актив. Например, половину моего портфеля могут составлять акции полупроводниковых компаний, но при этом в нем будут и другие – какие-нибудь Eli Lilly... Практически в любом секторе можно найти акции, у которых сейчас все хорошо, так что какая-то диверсификация у вас будет, но, конечно, определенные риски в этом есть.
Саймон: Перри, а что насчет медвежьих рынков? Акции любят падать вместе! Во время медвежьих рынков вы торгуете как обычно? Или у вас есть какой-то общий стоп? Или, может, фильтр режима, который не дает вам торговать акции во время медвежьих рынков?
Перри: Ну, для начала… Всегда есть какие-то акции, которые можно купить. Послушайте телепередачу Джима Крамера, он любит говорить – бычий рынок всегда где-то есть! Но… Пару нюансов я все-таки учитываю. Сейчас я торгую рынки типа Nvidia и полупроводников – экстремальные рынки. И я торговал акции Tesla, когда они росли. Но у каждых акций есть определенная точка, в которой риск начинает превышать возможное вознаграждение. В целом… Я использую среднегодовую [annualized] волатильность с периодом 20 дней – тот же параметр, который применяется на рынке опционов. Как его вычислить, можете прочитать в моей книге [смеются]. Типичная для акций триггер-точка – около 50%, то есть 0,50. Если значение среднегодовой волатильности превышает 0,50, значит, пора выходить. Не стоит выходить сразу же! Чтобы не упустить выгоду от возможного экстремального роста. Дождитесь сначала какого-нибудь признака, указывающего на формирование вершины – и тогда выходите!
Я отслеживаю этот параметр и по портфелю в целом. Я контролирую ежедневные прибыли своего портфеля – и по фьючерсам, и по акциям. Раньше «волшебным числом» было 0,32. Если среднегодовая волатильность портфеля превышает 0,32, значит, сейчас движутся не какие-то отдельные рынки, а все сразу! С экономикой что-то происходит, и нужно проявить осторожность. Это – триггер-точка. Как только вы начинаете получать много убытков, нужно выходить. В этом случае я закрываю весь портфель целиком – и жду снижения волатильности. При этом продолжаю отслеживать прибыльность своих систем на всех рынках – она должна стабилизироваться. Тогда я могу снова открывать позиции! Я хочу увидеть снижение волатильности и стабилизацию доходов. Как именно я это вычисляю, сказать не могу.
Ричард: Перри, помогите мне разобраться… Вот мы составили список рынков-кандидатов. Предположим, наш депозит позволяет нам открыть позиции по топ-50 рынков. Стоп-лоссы при этом не используются – сделку мы закрываем тогда, когда рынок выпадает из топ-50. Но что вы делаете с позициями в конце списка? Они же могут регулярно выпадать из топа! Как часто вы вносите изменения в свой портфель?
Перри: Вы знаете мою систему лучше, чем я! Для начала скажу, что 50 – это слишком много! Если вы будете удерживать покупки по топ-50 акций, вы получите доходность, сопоставимую с доходностью S&P. Если вы хотите обогнать индекс, количество акций нужно снизить до 10-20, смирившись при этом с ростом рисков. Для их контроля я использую следующий метод... Возьмем для примера 10 разных акций. О фьючерсах – через минуту! Сначала разберемся с акциями, это проще. Итак, у нас есть список из 10 тикеров, который мы получили, отсортировав все акции по доходности системы за последний период длиной от 30 до 60 дней. То есть эти акции в данный момент активны, и у нас по ним открыты позиции. Я каждый день прогоняю свою систему по 500 акциям и обновляю рейтинг. Если топ-10 меняется и какие-то акции выпадают из топа… Я не закрываю по ним позиции сразу же. Они должны выпасть из топа с запасом! То есть упасть не до 11 места, а до 15. Потому что, как вы и сказали, бывает, что какие-нибудь акции каждый день скачут с 10 места на 11 и обратно. Так что нужно давать им определенную свободу. Это снижает частоту входов и выходов.
Ричард: Но ведь это повышает риски! Скажем, вы составили список из топ-10 акций. Акциям в конце списка вы даете определенную свободу… Но вдруг происходит неожиданная смена режима! И доходность всех 10 акций резко падает. Отрицательная корреляция подскакивает. Это может привести к серьезным последствиям – учитывая, что вы торгуете без стопов!
Перри: Да, это возможно. Правда, такого еще никогда не случалось! Но… Предположим, в моем топ-10 есть 4 полупроводниковых компании. Они действительно могут одновременно выпасть из топа – из-за высокой корреляции. И на их место придут другие – акции биотехнологических компаний или какие-то еще… Такой риск есть. Однако процесс ранжирования и подстройки позиций в зависимости от рейтинга актива… Это лучше, чем стоп-лоссы. Если вы торгуете долгосрочные тренды, нельзя закрывать покупки сразу же, как только цена разворачивается на юг. Нужно дождаться более существенного сигнала, и это проблема! Ожидание означает, что вы возвращаете рынку значительную часть прибыли. Но в нашем случае мы ждем только выпадения тикера из топа. Причем это выпадение не всегда будет вызвано тем, что акции стали для системы убыточными! Бывает, что какие-то другие акции просто начинают показывать лучший результат, чем ваши! Это – идеальный сценарий. В портфель попадают лучшие акции, а те, которые вылетают… Они по-прежнему хорошие. Такой метод позволяет сократить время удержания трендовой сделки, скажем, с 30-35 дней до 16-17. Что весьма неплохо! Вы используете все преимущества торговли долгосрочных трендов, но при этом сокращаете риски.
А теперь поговорим о фьючерсах. С ними есть одна проблема: высокая корреляция в пределах секторов. К ней особенно склонны фьючерсы из сектора процентных ставок… И даже фьючерсы из сектора индексов. Предположим, я провожу обычное ранжирование и вижу, что весь топ состоит из фьючерсов на процентные ставки. В этом случае я снижаю кредитное плечо на 50%. Я смиряюсь с тем фактом, что при торговле только процентных ставок волатильность будет высокой – просто потому, что все они будут двигаться одновременно. Если же секторов оказывается два, тогда я снижаю риск не на 50%, а на 25%. Если три – риск не снижаю. Я считаю, что три сектора – достаточная диверсификация.
Ричард: То есть вы все-таки учитываете корреляции! И подстраиваете риски соответственно. Когда вы торгуете только один класс активов, например, облигации и другие инструменты с фиксированной доходностью, то есть активы с высокой корреляцией, вы снижаете кредитное плечо. Чем больше классов активов вы торгуете, тем ниже корреляция – в этом случае вы можете задействовать плечо побольше…
Перри: Да, думаю, это разумно. Эти числа – 50% и 25% – показались мне логичными, но вы можете найти значения получше, если проведете исследования на эту тему.
Саймон: Перри, вы сказали, что прогоняете свои модели по 500 акциям из вашего вотч-листа… Почему вы не проводите бэктесты, скажем, 3 000 акций? Чтобы точно выбрать лучшие из лучших! Почему вы решили ограничиться только 500?
Перри: Ну, у меня были свои причины! В 2005, или когда там я этим занялся… Моя жена, которая, кстати говоря, тоже торгует фьючерсы, была членом биржи…
Саймон: Звучит проблематично!
Перри: Да, так и есть! У этого есть как плюсы, так и минусы. У нас много общих тем для разговоров…
Саймон: Могу представить ваши беседы за ужином! Рич, нам бы понравилось!
Ричард: Еще как! По крайней мере, жена Перри участвовала бы в беседе! Стоит мне заикнуться о трейдинге или инвестировании, как моя жена сразу же убегает в безопасное место.
Саймон: Нам стоит провести интервью вчетвером, Перри!
Перри: …Поскольку моя жена – биржевой трейдер, она всегда продает. А я обычно покупаю! Так что в большинстве случаев наши позиции уравновешивают друг друга. Я теряю – она зарабатывает, она теряет – я зарабатываю.
Саймон: Идеальные хеджинговые отношения [смеются]!
Перри: Да уж! Я забыл вопрос…
Саймон: Почему вы сократили список из 3 000 акций до 500?
Перри: Точно!.. Моя жена предположила, что в ранжировании должны участвовать только лучшие акции. В данном контексте лучшими являются самые волатильные акции компаний, у которых меньше всего долгов. Я подумал, что в этом есть смысл! Низкие долги компании повышают вероятность, что ее дела будут идти хорошо. А более высокая волатильность означает, что мне удастся обогнать S&P. Я начал так торговать – и все шло достаточно хорошо… Но потом началось!.. Новые рынки, поглощения, слияния и так далее! В какой-то момент пришлось добавлять в список новые акции.
Периодически я провожу то, что можно назвать оптимизацией: проверяю, сохраняют ли выбранные акции свои трендовые качества. Я мог бы использовать для этого свой коэффициент эффективности, но предпочитаю применять его в более широком плане. Он говорит мне о том, является ли актив трендовым или больше склонен к возврату к среднему… И я применяю его в основном на фьючерсах. Если мне нужно оценить новые акции, я использую скользящую среднюю с периодом, который, как мне кажется, подходит для трендовой торговли – скажем, от 30 до 120 дней, и смотрю на паттерн прибылей. Мне не нужны хаотичные прибыли, постоянные взлеты и падения кривой доходности. Это говорит о том, что тренды зависят от каких-то конкретных движений. Если попробуете добавить скользящие средние на облигации, вы обнаружите, что на них работают практически любые периоды. Вот почему большинство фондов отводят значительную часть своих капиталов на торговлю процентными ставками. Для них это – самый прибыльный сектор в долгосрочной перспективе. В общем, меня интересуют акции, демонстрирующие достаточно надежные результаты. Как я уже сказал, у меня 7 индикаторов. Я делаю так: выбираю из этих оптимизаций несколько индикаторов с разными периодами – например, 30, 60, 90. Возможно, лучше всего работал бы вариант с периодом 80, но для меня это неважно. Для меня важен только средний результат всех этих тестов.
Ричард: Кстати, Перри, пока мы обсуждаем эту тему, хочу сказать – лет 10 назад на подкасте Better System Trader вы дали ценный совет по оптимизации и подбору параметров. Вы сказали, что не стоит использовать для них равный шаг – например, периоды 100, 120, 140 дней. Вместо этого лучше применить логарифмический подход! Это позволяет получить при оптимизации более стабильные результаты. Вместо 100, 120 и 140 дней лучше использовать другие периоды – например, 100, 200, 400, 800... Это сыграло в моем подходе большую роль, спасибо вам за этот совет!
Перри: Спасибо на добром слове! Если вдруг кто-то не разбирается в логарифмах… Это просто проценты. Чтобы получить максимальную диверсификацию, подберите с помощью тестирования такие индикаторы, периоды которых будут отличаться в процентах. Очевидно, сочетание индикатора с периодом 100 с индикатором с периодом 105 существенной диверсификации вам не даст… Вместо этого лучше использовать какой-нибудь вариант процентного изменения.
В ходе своих тестов я делаю так… Выбираю какое-нибудь значение периода из диапазона от 30 до 120 – в зависимости от того, где я хочу быть относительно долгосрочного тренда. Потом смотрю на среднюю доходность всех тестов. Если доходность выбранного мной параметра примерно соответствует средней – он меня вполне устраивает. Я не пытаюсь подобрать для параметра самое прибыльное значение. Я просто говорю – окей, среднее выглядит неплохо, выберу какой-нибудь вариант из 30, 60, 120…
Ричард: Это – ваша защита от подгонки? Выбирая значение, дающее среднюю доходность, вы целенаправленно избегаете систематической ошибки отбора в процессе оптимизации…
Перри: Да, а еще это позволяет мне использовать данное значение на широком диапазоне рынков. Так я получаю одну общую стратегию – а не набор отдельных стратегий, индивидуально подобранных для каждого конкретного рынка… Которые, вероятно, в будущем перестанут работать. Мне нравится такой подход! Поэтому я не люблю называть его оптимизацией. Это – общая проверка реакции рынка на периоды вычисления. Главное – смириться с тем, что использование среднего параметра даст вам средние результаты.
Ричард: При проведении бэктестов трейдеры обычно пытаются найти значение, дающее наилучший результат. Когда кто-то советует настроиться на получение среднего – это как глоток свежего воздуха!
Саймон: Уж лучше так, чем отрицательный результат [смеются].
Перри: Думаю, такой подход значительно упрощает жизнь в долгосроке. Это… Это просто выглядит правильно.
Саймон: Можете рассказать что-нибудь об индикаторах и фильтрах, которые вы используете в своем процессе отбора?
Перри: Как я и сказал, я использую только один параметр – прибыльность трендовой системы. Но у меня есть и две другие стратегии…
Саймон: А в пределах самой стратегии? Вы используете скользящую среднюю – но есть и дополнительные фильтры?..
Перри: Ну… Не особенно!..
Саймон: Стараетесь не усложнять?
Перри: У меня есть фильтр по волатильности – это мы уже обсудили. Если говорить об акциях, они должны отвечать всем критериям, чтобы я вошел в покупки. Все это – трендовые критерии. Их я использую и на фьючерсах, но там я торгую и покупки, и продажи.
Саймон: Я хотел спросить как раз об этом! О разнице между фьючерсами и акциями. Вы можете открыть позицию по фьючерсам, скажем, в понедельник… А во вторник и среду увеличить ее, получив сигналы от других индикаторов вашей модели. Я правильно понимаю, что на акциях, где выбор больше, вы торгуете иначе? Вы дожидаетесь сигналов от всех семи индикаторов и фильтров – и входите позицией полного размера?
Перри: Да. Есть пара нюансов, касающихся фьючерсов, которые мы, возможно, обсудили недостаточно подробно. Я действительно использую поэтапные входы. Но здесь возникает проблема целевой волатильности… С какой волатильностью портфеля вы готовы смириться? Фьючерсные фонды – те из них, которые торгуют агрессивно – могут стремиться к 16% целевой волатильности. Это означает, что одно стандартное отклонение их дневной доходности составляет 16%. Это достаточно высокое значение! Консервативные фонды используют 8%. При этом стоит учитывать, что 50% средств на счете мы оставляем в резерве – задействовать в торговле мы их не будем.
Каждый день мы смотрим значение волатильности. Скажем, моя целевая волатильность – 14%. Значит, одно стандартное отклонение должно равняться 14%. Если это значение падает, скажем, до 10%, я повышаю размер всех позиций в портфеле – на такое количество контрактов, чтобы поднять волатильность до 14%. А если рынок выходит за 14% – скажем, подскакивает до 18% – тогда я снижаю размеры позиций… Некоторые трейдеры используют значение 12%, некоторые – даже 8%... Так или иначе, такой подход подразумевает ежедневное внесение правок в портфель, что требует времени.
Важный нюанс: когда волатильность становится слишком высокой, вы сокращаете свои позиции, что технически означает фиксирование прибыли… Или убытков. Интересный момент – если вы рассчитывали при волатильности 14% получить определенную прибыль, но волатильность составила всего лишь 8-9%... Ваша доходность будет ниже ожидаемой – примерно на те же 40%. Если вы не повысите волатильность портфеля, вы не получите ожидаемой доходности, которую планировали получить при бэктестировании своей гипотетической системы. Вам нужно поднять волатильность до целевой! Деньги часто делаются на низковолатильных рынках, которые движутся в медленном восходящем тренде. В таких условиях нужно использовать более крупные позиции – то есть поднимать волатильность портфеля до целевой. Так деньги и делаются! И наоборот… Если волатильность портфеля растет слишком быстро, вам нужно фиксировать прибыль, чтобы избежать лишнего риска.
Ричард: Перри, поверю вам на слово, потому что знаю, что вы долго работали с Морицем Зейбертом! А мы с Морицем сторонники одной школы трендовой торговли. Когда мы слышим словосочетание «целевая волатильность», у нас встают дыбом волосы на шее… Однако! Я понимаю, почему вы придерживаетесь данного процесса. Любопытно сравнить его с классическим подходом к трендовой торговле… Там целевая волатильность учитывается на уровне входа. Классический трендовый трейдер может сказать: я отведу рынку какао 500 долларов риска и войду со стопом, рассчитанным по ATR с периодом 25 дней (то есть с учетом определенной меры волатильности). Если волатильность за последние 25 дней была высокой, размер позиции получится низким, если низкой – высоким. Никаких последующих подстроек позиции при этом не проводится! Не считая возможного использования трейлинг-стопа.
Перри: Да… Я тоже так торгую. Так я и определяю размер своих позиций, это называется паритет волатильности. И… Да, я почерпнул это у Морица [смеются]. Совершенно корректный подход. Но встает вопрос… Что, если волатильность какого-то рынка в вашем портфеле подскочит до экстремальных значений? Снизите ли вы размер позиции? Ответ – нет. Потому что вам нужно забрать свою прибыль! Так что я не снижаю риск своего портфеля, пока… Пока не подскакивает общая волатильность всего портфеля. Даже когда какой-нибудь рынок начинает вести себя слишком волатильно, общая волатильность портфеля обычно не доходит до 32%.
Ричард: То есть вы хотите поучаствовать в событии из хвоста нормального распределения! Но если волатильность начинает влиять на весь ваш портфель в целом, вы говорите – она слишком высока, в данном режиме может произойти какое-то серьезное рисковое событие, из-за которого мой диверсифицированный портфель может превратиться в портфель активов с неблагоприятной корреляцией…
Перри: Да, думаю, так и есть. Если движется весь рынок целиком, значит, что-то происходит! В этом стоит поучаствовать – но только чуть-чуть. В какой-то момент придется выскочить, чтобы ограничить риски. Не думаю, что в этом вопросе наши с вами мнения расходятся…
Ричард: Ничего страшного. Мы же друзья [смеются]!
Саймон: Перри, вы торгуете 500 акций, но удерживаете позиции только по топ-10… А что насчет фьючерсов? Какое там соотношение?
Перри: Оно немного отличается, но не сильно. Я могу удерживать позиции примерно по 15 фьючерсным рынкам. Мои клиенты не заинтересованы в азиатских рынках, я работаю в основном с инвесторами из США и Европы. И в целом, в Азии слишком мало подходящих для меня фьючерсных рынков, может, один только Nikkei… Издержки там высокие, да и вообще, я прекрасно обхожусь без них. Еще я не торгую сельскохозяйственные рынки! В кукурузе просто недостаточно денег. Было время, когда я торговал только сою… Так что у меня есть ощущение, будто я предал свои корни.
Ричард: Но мясо-то вы едите, Перри?
Перри: Да, ем [смеются]! В общем, в зерновых рынках слишком мало денег, чтобы их можно было комфортно торговать. К сожалению, судя по моему опыту, в какао тоже маловато объемов… Торговля какао давалась мне плохо – до недавнего времени. Кофе – у него дела иногда идут неплохо… А вот фьючерсы на крупный рогатый скот и на постную свинину – не те рынки, которые можно торговать на крупном счете.
Саймон: Вижу, здесь вы тоже остаетесь верны своему подходу! Вы логически обработали все данные – и составили список примерно из 50 устраивающих вас фьючерсных рынков. А дальше вы отбираете около 15, используя свою систему ранжирования – и сосредотачиваетесь на них…
Перри: Верно. Я торгую большинство фьючерсов на процентные ставки, большинство индексов – за исключением азиатских… Большинство валют и большинство энергетических рынков. И, судя по всему, этого вполне достаточно. Я получаю неплохие результаты. Добавление дополнительных рынков только все усложнит. Сколько там вышло секторов – четыре, пять? Как я и сказал, когда я торгую три сектора или больше, то использую позиции полного размера. Только два сектора или один – сокращаю свои риски.
Саймон: Используете ли вы для акций и для фьючерсов отдельные счета?
Перри: Нет, я торгую все на одном счете.
Саймон: То есть вы комбинируете эти рынки в одном портфеле… Разные системы, разные рынки, разные контракты – все вместе…
Перри: Да, позиции по форекс у меня каждый день конвертируются в доллары США. В конце дня я получаю значение доходности всего портфеля, измеряю его волатильность и решаю, повысить или снизить размеры позиций. Хорошо, что все это за меня делают компьютеры!
Саймон: Если я правильно помню, когда вы занялись торговлей, вы написали свой софт для бэктестинга и так далее на Фортране? Как вы в свое время сказали, «занимаюсь кодингом с 1965 года»!
Перри: Да, когда я работал в аэрокосмической отрасли, мы развлекались тем, что пробовали применить экспоненциальное сглаживание, которое мы использовали для вычисления траекторий ракет, на акциях! И в шестидесятых-семидесятых это работало просто превосходно!.. Потому что тогда работало вообще все [смеется]. Веселое было время…
Саймон: Знаю, однажды вам довелось пообщаться за бокалом вина с Джимом Саймонсом – и обменяться с ним своими наработками…
Перри: Да, мне всегда был интересен его подход. Мой главный программист ушел от меня, чтобы работать на Джима! И… После 9 лет работы вышел на пенсию.
Саймон: О боже [смеются]! Надо было вам взять его после этого на работу.
Перри: Скорее, мне самому стоило попроситься к Джиму на работу. Я ведь так и не разобрался, что именно он делал! Хотя пытался. Даже пробовал подкупить своего бывшего программиста, чтобы он дал мне пару наводок, но… Он молчал как рыба [смеются].
Саймон: Да, то, как Джим управлялся со своими сотрудниками… Это поразительно. У нас недавно как раз был выпуск, на котором мы много говорили о Джиме…
Перри: Очевидно, он был очень хорошим человеком, который знал свое дело.
Ричард: Перри, маленький вопрос насчет вашего коэффициента эффективности – не было ли у вас соблазна превратить его в фильтр режима?
Перри: Я пробовал! Еще я использовал его для «умного исполнения», потому что он может подсказать, когда лучше подождать, а когда – поспешить. Рынок сейчас шумный? Можете повременить, чтобы получить лучшее исполнение. Но, как я обнаружил, это работает только на одном рынке – на S&P, который, как мы уже обсудили, в краткосроке склонен к возврату к среднему, а в долгосроке – к тренду. Но все остальные активы… Они, похоже, склонны все время пребывать только в одном из двух режимов. Возможно, их поведение меняется со временем. Возможно, мне стоит это отслеживать. Но… Я пока делаю так.
Ричард: Перри, знаю, вы также применяете индикатор Джона Элерса Roofing Filter! Можете рассказать, как именно?
Перри: Этот индикатор – элемент моей стратегии, которую я называю «Тайминг». Это очень простая стратегия, что многим придется по вкусу! Суть в том, что нужно найти долгосрочный тренд, а потом – дождаться отрицательного импульса. На бычьем рынке мы ждем продаж, чтобы войти в покупки по более выгодной цене.
Ричард: По сути, это входы по тренду на откатах?
Перри: Да. Для этого я использую «сырой» [raw] стохастик, потому что у него минимальное запаздывание. У других оно больше. Но сырой стохастик может быть шумноват… Поэтому я применяю Roofing filter Джона Элерса – он сглаживает значения сырого стохастика, не увеличивая запаздывание. Работает неплохо! Есть один нюанс: купив на отрицательном импульсе, нужно выходить из рынка, когда импульс поднимется до нуля. Будете удерживать сделку дольше – она превратится в трендовую. В чем же тогда смысл?.. Ваша система начнет коррелировать с трендовыми! Суть в том, что мы торгуем небольшие движения после откатов, когда отрицательный импульс формирует дно – и снова становится нейтральным. Это позволяет нам забирать те кусочки тренда, которые не торгуют обычные трендовые системы.
Ричард: Можно сказать, что вы скальпируете в трендовых условиях! Вы ищете устойчивый положительный импульс, входите в его направлении, и как только он затухает – выходите.
Перри: Да, обычно я удерживаю такие сделки на протяжении трех-восьми дней, так что это – краткосрочная система… Она превосходно работала во время ковида, когда активы совершали впечатляющие отскоки. Но сейчас… Система пока находится в режиме ожидания тренда [смеется]. С трендами сейчас на рынках не очень!..
Саймон: То есть по этой система вы тоже торгуете сильные тренды… Но не целиком, а только движения после откатов.
Перри: Да.
Саймон: У вас есть еще какие-нибудь стратегии?
Перри: Да, есть стратегия, которую я называю «Дивергенция». Она немного отличается от популярного метода торговли технических дивергенций… Что такое техническая дивергенция? Это когда цена растет, а импульс – падает. Импульс можно определить с помощью RSI, стохастика, MACD и так далее… Эту ситуацию обычно интерпретируют так: цена должна последовать за импульсом, импульс – это опережающий индикатор. Но… Судя по моему опыту, это не совсем верно. Как мне кажется, опережающий индикатор – это тренд! Что, по-моему, вполне логично. Когда формируется техническая дивергенция – цена вместе с трендом идет вверх, а импульс идет вниз – тренд делает паузу…
Ричард: Передышку!
Перри: Да, передышку. И это – идеальная возможность войти в покупки по тренду. Как и в системе «Тайминг», в системе «Дивергенция» сделка удерживается только до тех пор, пока есть дивергенция. Еще раз, мы покупаем в момент краткосрочной паузы рынка… В расчете на то, что рынок продолжит движение в направлении тренда. На мой взгляд, всё логично!
Ричард: Да, действительно! Получается, у вас есть система «Тайминг», система «Дивергенция»… Ваша трендовая система, которую вы используете на фьючерсах и акциях… Занятой вы человек, Перри!
Перри: За меня торгуют компьютеры.
Саймон: Вы торгуете и акции, и фьючерсы с помощью всех трех систем?..
Перри: Нет, фьючерсы я торгую только по своей трендовой системе и «Дивергенции». Даже не знаю, почему я не торгую их по «Таймингу»… Надо будет попробовать!
Саймон: Вы решили дополнить свою трендовую систему этими, потому что между ними низкая корреляция, что помогает вам сгладить кривую доходности?
Перри: Да, думаю, Ричард со мной согласится… Кажется, на одном из подкастов он сказал: лучше торговать много стратегий, чем много рынков. Взгляните на акции – бывают ситуации, когда все они одновременно совершают одинаковое движение! Как в 2008, например. Когда дело пахнет керосином, трейдеры ликвидируют свои позиции. Они ликвидируют предметы искусства, ликвидируют своих детей [смеется]… Они избавляются от всего, за что могут выручить деньги.
Ричард: Перри, мне как инженеру очень приятно видеть степень вашего контроля за процессом разработки систем – и то, как это проявляется в низких корреляциях между вашими стратегиями. Мне нравится, как вы все контролируете – на рынках, которые так непостоянны, это редкость! Сегодня они коррелируют, завтра – уже нет… В моем восприятии этот контроль сводится к риск-менеджменту. В процессе структурного проектирования систем вы применяете принципы коинтеграции и корреляций, чтобы добиться снижения рисков и повышения диверсификации...
Перри: К сожалению, изобретать оригинальные стратегии непросто. Особенно такие, которые отвечают моим требованиям к надежности... Например, дивергенции я ищу на периодах длиной от 5 до 15 дней. И мне нужно увидеть, что цена растет, а импульс падает на протяжении нескольких временных периодов! Иными словами, за период от 5 до 15 дней я я хочу увидеть несколько дивергенций! Если их нет, значит, мы имеем дело с выбросом. Мне нужно увидеть много дивергенций… При этом свою сделку я удерживаю до тех пор, пока дивергенция не пропадет. Скажем, у нас есть возможность для 10 дивергенций. Если я получаю 5 – я доволен. Если их количество падает до 1-2, я полностью выхожу из рынка.
Саймон: Перри, можете привести нам какой-нибудь пример, что именно вы хотите увидеть на рынке?.. Не выдав при этом, конечно, своих секретов…
Перри: Как я уже сказал, мне нужно увидеть восходящий тренд. А потом – многочисленные дивергенции в этом тренде. Я отслеживаю импульс за последние 3-15 дней. Мне нужно, чтобы импульс падал – на протяжении, скажем, 5 из этих 10 дней. Но при этом тренд – среднесрочный – должен идти вверх. Так что я не пытаюсь ловить единичные случаи дивергенции, когда восьмидневный импульс падает, а девятидневный и десятидневный растут. Такая картина не придает мне уверенности в сделке. Мне хочется увидеть не единичную дивергенцию, а что-то вроде окна возможностей.
Ричард: Вы все-таки выдали нам свои секреты, Перри! Спасибо за это.
Перри: Да на здоровье. Я не против этим поделиться, потому что сомневаюсь, что большинство трейдеров действительно станут это использовать. Таких считанные единицы… Я не раз замечал: когда я кому-то рассказываю о своей стратегии, этот человек никогда не следует ей в точности.
Ричард: Кажется, это Ричард Деннис сказал – «я мог бы опубликовать все правила стратегии Черепах, потому что уверен, что все равно никто не станет им следовать» [смеется].
Перри: Да, и я с ним абсолютно согласен.
Саймон: На то есть свои причины. Каждому трейдеру нужно найти такой подход, который будет работать для него лично… Каждый должен создать свою собственную стратегию с нуля, потому что иначе ты не будешь ей доверять. Поэтому трейдеры вносят в готовые стратегии свои правки. Что есть, то есть! Перри, в начале интервью вы упомянули, что могли бы рассказать о том, как вы пришли к своим пяти трендовым индикаторам и двум дополнительным подтверждениям…
Перри: Думаю, мы с Ричардом это уже обсудили. Я использую разные индикаторы, периоды которых имеют не фиксированные значения, а процентные. При этом в ходе оптимизации я не стремлюсь к наивысшей доходности, а ориентируюсь на среднюю прибыльность нескольких периодов.
Саймон: Окей, хорошо! Действительно, мы успели обсудить немало тем – я зачеркнул в своем списке почти все пункты…
Ричард: Этот выпуск потянет на седьмое издание «Систем и методов биржевой торговли» [смеются]!
Перри: Может быть!
Саймон: Да, вполне! Перри, еще один вопрос о различиях между фьючерсами и акциями. Я правильно понимаю, что вы торгуете акции, не используя кредитное плечо? Или с небольшим плечом вроде 1:2, которое дают некоторые регулируемые брокеры? Получается, фьючерсная торговля требует гораздо более крупного депозита?..
Перри: О да. Торговать фьючерсы на маленьком депозите сложно. Минимальный депозит, на котором у меня получается это делать – 250 000 долларов. Потому что 50% средств в торговле не задействуются – они нужны для подстраховки. Плюс необходимость достижения целевой волатильности в 12-14%... Я торгую 1-3 контракта – в зависимости от рынка! На облигациях можно использовать позиции побольше. Но да, минимум, до которого мне удалось опуститься – 250 000. А мой максимальный портфель – 1 000 000 долларов. У меня их несколько – на 250 000, на 500 000 и на 1 000 000. Чем больше портфель, тем больше рынков я торгую, но целевая волатильность везде одинаковая – 12-14%. Судя по моему опыту, этих портфелей достаточно, чтобы прилично зарабатывать.
Ричард: Любопытно, что при увеличении капитала вы увеличиваете не размеры позиций, а количество торгуемых рынков. Вы всегда стремитесь к диверсификации!
Перри: Ну, если депозит небольшой, то увеличивать риск можно только до определенного уровня… С акциями все гораздо проще. Вы выбираете 10 тикеров, избегая при этом тех, которые стоят дешевле 10 долларов, отводите каждому по 10 000 долларов, делите 10 000 на цену акций – и получаете размер позиции… Это – самый простой способ диверсификации. Если вы не платите комиссии, то можете отвести каждому тикеру по 5 000 долларов, хотя… У исполнения всегда есть своя цена. Даже если брокер заявляет, что у него нет комиссий, вы все равно платите спред между Bid и Ask… Есть и другие потенциально проблематичные факторы. Так или иначе, больше 10 000 на тикер я отводить бы не стал. У меня есть два портфеля, один на 10 тикеров, другой на 30. Но, как мы уже обсудили, чем больше акций, тем ниже прибыльность. Если вы торгуете больше 100 акций, ваша доходность будет стремиться к доходности S&P, что бы вы ни делали. Чем больше акций вы торгуете, тем меньше у вас шансов обогнать рынок.
Как-то раз у меня были долгие дебаты на тему того, как лучше оптимизировать индикаторы стратегии – по отдельности (блоками) или сразу в интегрированном виде. Кажется, что объединить несколько индикаторов в систему и потом протестировать ее – хорошая идея. Но мне больше нравится проводить тесты поэтапно. Я тестирую какой-нибудь вариант тренда, чтобы посмотреть, работает ли он с моим подходом. Если да, я добавляю какой-нибудь индикатор и снова прогоняю бэктест. Я должен быть уверен в том, что индикатор улучшает все распределение прибыли, а не только его среднюю часть. Не знаю, знакомы ли вы с термином «куртозис»… Если в двух словах, это улучшение результатов из центральной части нормального распределения за счет его хвостов. Как я обнаружил, хорошего в этом мало… Поэтому я внимательно отслеживаю, как каждый новый элемент стратегии сказывается на всем процессе в целом. Потому что если что-то пойдет не так… При использовании полностью интегрированной стратегии я не смогу разобраться, в чем причина. Но когда я знаю, как именно каждый компонент влияет на целое… Я могу проводить небольшие точечные подстройки.
Ричард: Должно быть, это помогает в устранении неполадок…
Перри: Да, а еще это помогает разобраться, что работает, а что – нет.
Саймон: Перри, думаю, нам пора заканчивать! Повторюсь: мы с Ричем очень благодарны вам за все то, чем вы поделились с трейдинговым сообществом! Столько мудрости, столько опыта, столько готовности помочь… Мы это очень ценим. Ваши работы по-настоящему полезны – и для выстраивания фундамента, и для дальнейшего выкладывания «кирпичиков». Ваши концепты логичны, проверены временем, опираются на ваш опыт и вашу прозорливость. То, что вы много работали с компьютерами и занимались программированием, и то, что вы буквально начали свою трейдерскую карьеру, когда проектировали ракеты, работая в Джемини и над другими государственными проектами – засекреченными… Все это чувствуется в ваших книгах! Мы очень ценим ваши работы. Спасибо за честь, которую вы нам сегодня оказали, нам было очень приятно познакомиться с вами поближе и немного поболтать.
Перри: Мне тоже было очень приятно пообщаться с вами обоими.
Ричард: Просто фантастика, Перри! Мы польщены, спасибо вам огромное.
